Их лица открыты, как древний Акрополь,
И залиты солнцем…
Их души крылаты, а крылья небесны,
А небо бездонно…

Пою и не знаю, о ком эта песня,
О чём эта песня?
А лица любимых так призрачно тают…
И звать бесполезно…

-----

Слова, как следы, были только понятны,
Легки и ранимы без собственной сути.
Они возникали, как белые пятна,
И вдруг становились знакомы до жути…

Слова, как тропа, уводили всё дальше.
И мир становился цветным и открытым…
Вот так бы и жить, без сомнений и фальши –
Свободным, счастливым, живым и забытым.

Этот солнечный луч... Зачем-то он врывается ко мне в окно почти каждое утро. Даже когда я не хочу его видеть. (Такое бывает.)
А иногда его нет. Целый день. Я по нему скучаю, но даже для себя самой делаю вид, что всё именно так и должно быть. Нет, правда, это бывает очень-очень редко, чтобы я не хотела его видеть... Даже вернее сказать, это бывает только тогда, когда в пасмурный день мне удаётся убедить себя: "Нет его, ну и не надо!.."
Это ненадолго... Ну... то, что он не нужен. А чаще я жду его в пасмурные дни.
Он всегда приходит утром. Так сложилось уже давно. Наверное, так было всегда. Утро - его время. Вечер - моё, вернее, моей памяти...
Я - влюблённый в утро жаворонок! Высоко-высоко в небе звучит моя песня. Только тогда и звучит, когда небо синее-синее и луч улыбается в моей комнате. А до того песня таится. Складывает ноты, перебирает, ждёт... Слушает ветер, дождь, мои мысли и чьи-то шаги... И создаётся.
Поэтому, мне всё нужно: и эти яркие рассветы с его улыбкой, и эти пасмурные дни, когда его нет, и это ожидание, пульсирующее в ушах, и когда от яркости рябит в глазах, и я почти задыхаюсь от радости...
У жаворонка маленькие крылышки. Ему не долететь до солнца навстречу лучу. Но есть одна великая сила - Устремлённое Ожидание.
Оно всегда сбывается...
И этот солнечный луч...
Зачем-то он врывается ко мне в окно почти каждое утро...

Чуда светлого ожидала,
Так молитвенно затаясь.
Дни, как чётки перебирала,
Даже миг пропустить боясь.
В ожидании этой встречи
Или, может быть, лишь звонка,
Я твердила себе под вечер:
«Этот день не пришёл пока…»
И почти доподлинно знала:
Не придешь и не позвонишь.
А душа всё равно взлетала
В ожиданьи в ночную тишь.
Словно бусины, дни ложились,
И чем дальше, тем тяжелей,
Мысли путались и роились,
То испуганней, то смелей…
А потом обострились звуки –
Голоса, шаги и звонки…
И дрожали внезапно руки,
И горели чуть что виски…
А потом взорвались краски:
Нестерпимо цветной февраль
Беззастенчиво строил глазки
И жестоко туманил даль.
Дни бежали и я бежала,
И февраль, наконец, сбежал!
День, который я точно знала,
Вдруг приблизился и настал!

И короткое сообщение:
«Поздравляю тебя». И всё.
И замедлили дни течение…
И меня, как листок, несёт
Та река, которой нет разницы –
Торопиться ли, не спешить…
Всё прошло. Даже мига празднества
Мне ещё раз не совершить.
Не могло по-другому складываться,
Да и может быть, ни к чему…
…Жаль, что я не умела радоваться
Ожиданию своему.

Больше ничего не осталось.
Господи! Закрой мне лицо…
В чувствах - только боль и усталость…
Им уже, наверно, лет сто.

Демоны кружат над водою,
В дрожь бросая отблеск Луны
Ночью беспробудно-пустою…
Да и дни мои холодны…

Времени застыло болото.
И ни корабля, ни моста…
Нет к нему дороги – и всё тут!
И на целый мир пустота…

Мне не выиграть сраженья
С этим демоном, увы.
Он пророчит прегрешенья
И роптание молвы,

Он родил во мне вопросы,
В чувствах – жаркий долгий спор,
И наветы, и доносы,
И жестокий приговор…

Я всё знаю… Слёзно каюсь
И молюсь на образа…
Но с томленьем оступаюсь
В эти карие глаза.